2 / 3
Глава 2
– Кто-то другой? Прячу… в песок… Я… - - В голове Яхса роились тысячи мыслей. - - Вы… Вы правы, я согласен, я сниму этот фильм.
– Отлично, рад, что даже после ухода из армии в вашей душе остался патриотизм, — Люсин приосанился в полной уверенности, что именно его обличительная речь заставила Яхса изменить решение. — Немедленно приступайте к съёмкам, если вам будет что-то нужно, обратитесь к гвардии, она предоставит всё необходимое. Вопросов нет?
Вопросов нет, — тихо произнёс Яхс.
Тогда свободны, и помните, — Люсин воздел копыто вверх, — Чейнджлингия превыше всего!
«На днях научная общественность Весиаполиса с огромным интересом заслушала доклад генерального хирурга Марсилио о результатах его многолетних исследований. Ученому удалось совершить подлинный переворот в прикладной физиологии.
Как сообщил Марсилио, его коллективом разработан и успешно апробирован новый метод извлечения любви. Экспериментальной базой послужили пони со стабилизированной путем хирургического вмешательства нервной системой. Полученная любовь, по предварительным данным, не отличается от любви, добытой обычным путём, ни по одному измеряемому параметру.
Особого внимания заслуживает экономическая составляющая открытия. Разработанная система жизнеобеспечения на основе питательных растворов позволяет эксплуатировать один биологический объект на протяжении двух десятилетий, что делает метод чрезвычайно рентабельным.
“Мы ставим науку на прочные рельсы служения Родине, — заявил в своем выступлении доктор Марсилио. — Не далёк тот час, когда нам можно будет забыть о бунтах, неповиновениях и прочих проблемах, связанных с извлечением любви”.
Что касается вопроса о воспроизводстве лоботомированных пони, то благодаря новейшим методам искусственного…»
Яхса затошнило. Он отложил газету и посмотрел в окно поезда.
«Никогда не читайте перед обедом чейнджленгских газет», — услышал он над ухом мелодичный женский голос.
Чейнджлинг в форме королевской гвардии протянула копыто в приветственном жесте:
— Оберфюрер Аликпе. А вы, я так понимаю, режиссёр Яхс?
Яхс растерянно кивнул.
– Приятно познакомиться. - Чейнджлинг обезоруживающе улыбнулась. - Меня назначили курировать производство фильма. Вы не против, если я присяду? - Аликпе указала на пустое место напротив Яхса.
– Да-да, конечно. Я и не думал, что Люсин пошлёт контролировать меня целого оберфюрера.
– Перестаньте, ну какой контроль, - махнула копытом Аликпе. - Считайте это дружеской помощью. - Чейнджлинг плюхнулась в кресло и потянулась. - Многие считали курирование фильма ниже своего достоинства, а я вот вызвалась сама.
– Неужели я вижу перед собой синефила? — позволил себе улыбнуться Яхс.
– Да ну что вы! У нас в гвардии строжайше запрещены наркотики.
Яхс уже поднял копыто для вопроса, но всё же решил не уточнять.
– Просто у меня давно не было отпуска. Не поймите неправильно, — развела копытами Аликпе, — я ни в коей мере не умаляю ваших заслуг. Но, как ни посмотри, а снимать фильмы куда проще, чем давить сопротивление пони. Или, скажем, выявлять торсиканцев.
– Вы и торсиканцев ловили? - Яхс похолодел. - Это ведь те, кто сочувствуют пони?
– Не просто сочувствуют — помогают! Откровенно говоря, иногда я могу понять даже пони, для них мы, в конце концов, прямые враги. Но что должно быть в голове, чтобы стать торсиканцем? Как можно сражаться против королевы? Как можно не любить родные ульи? Как чейнджлинг, родившийся и выросший в Империи, может не любить своего дома? Не понимать его красоты? Его тёмных ходов? Зелёного свечения? Бескрайних туннелей? Ночного копошения насекомых? Приятной прохлады? Чейнджлингского стрекатания? Чейнджлингского характера? Ведь ты же чейнджлинг! Ты родился в Чейнджлингии! Ты ходил в среднюю школу! Ты служил в армии! Ты учился в академии? Ты работал на заводе? Ты ездил во Вракс? Ездил во Вракс? Во Вракс ездил? Ездил, а? Ты во Вракс ездил, а? Ездил? Чего молчишь? Во Вракс ездил? А?
Яхс вжался в спинку кресла, да так, что под обивкой зазвенели пружины.
- Ездил… ездил, п-п-о работе п-п-ару раз.
- Ой, простите, - Аликпе будто сбросила пелену с глаз, - это всё профдеформация. Пожалуйста, не принимайте на свой счёт, господин Яхс, уверена, в вас нет ни капли сочувствия к пони. Боюсь, я провела слишком много допросов…
Наступило неловкое молчание. Аликпе явно было очень стыдно.
- Я, наверное, оставлю вас, еще раз извините…
– Нет-нет, останьтесь! - Яхс почему-то испугался её ухода. - Я понимаю, как иногда… деформируют военные структуры.
- Спасибо... - Аликпе вздохнула. - Давайте не будем о работе - хотя бы попробуем. Расскажите... Расскажите лучше о себе! Я читала ваше досье, из солдат в режиссёры - интересная судьба. Не жалеете, что ушли из армии?
- Честно, иногда жалею. С одной стороны, моя жизнь теперь куда как спокойнее, но с другой - меня гложет чувство, будто я сбежал от ответственности. - Яхс замолчал и посмотрел на Аликпе, ему хотелось быть с ней откровенным. - А вы никогда не жалели, что вступили в королевскую гвардию?
- Я? — Аликпе на секунду задумалась. — Никогда. Кем бы я была, если бы осталась в армии? Каким-нибудь жалким оберст-лейтенантом на побегушках у самодура-комиссара. А здесь я на острие войны с пони! Хотя... — Она уставилась в окно, будто заметила там что-то чрезвычайно важное. — За всё приходится платить…
- Да-да, — закивал Яхс, — и мне кажется, что ради собственного спокойствия я пожертвовал возможностью помочь чейнджлингам или даже пони... - Яхс опасливо замолчал.
- Ну-ну, — Аликпе ободряюще похлопала Яхса по копыту, — никогда не поздно сделать правильный выбор. А касаемо пони, поверьте, не заслуживают они жалости. Это ведь из-за них началась война! Это на их копытах кровь чейнджлингов. Все они в этом замешаны, и неважно, стреляли они по нам или просто платили налоги.
- Но в этом же виноваты аликорны, их лживая пропаганда, — попытался оправдаться Яхс.
— О неееет, — в голосе Аликпе снова заклокотала ярость, — это оправдание больше не катит. Мы протянули им копыто. Живите с нами! Кормите нас! Процветайте с нами! Но они сделали свой выбор. Они продолжают гады… — Аликпе вдруг остановилась и быстро задышала. — Нет-нет… только не ещё один приступ… Я же просила, давайте не будем о работе.
Но Яхс устал бояться. Какой смысл в его работе, если он не может переубедить даже одного чейнджлинга? Набрав в грудь воздуха, он начал:
— Нет, простите, я никак не могу с вами согласиться. Я был на войне. Я видел, что чейнджлинги вовсе не святые. Да и пони далеко не так ужасны, как их малюют. Я вообще считаю войну одной большой трагической ошибкой. В иных обстоятельствах мы бы с пони могли друж…
Но им не суждено было довести этот разговор до логической точки. Последние слова Яхса утонули в скрежете и грохоте нескольких взрывов, разделённых чёткими интервалами. Вагон приподнялся и закружился вокруг своей оси. Оказавшись над полом, Яхс принялся беспомощно перебирать копытами и пытаться расправить крылья. Потолок вагона, обитый белой тканью с имперским трезубцем, сперва отдалился, а затем, будто в наказание за крамолу, резко обрушился на него.
Лидер повстанцев сидел за столом, уставившись в одну точку, и размышлял над тем, как иногда удивительны превратности судьбы. Нависающий над ним майор УОБВ продолжал его отчитывать:
- Ну что, поигрался в самодеятельность? Можешь ты мне внятно ответить, нахрена ты напал на поезд?
- Это был литерный поезд королевской гвардии, да ещё без охраны, - упрямо, в который раз сказал пони.
- Лиферный повезд бес охланы! - Передразнил чейнджлинг. - Потому он и без охраны, что ничего полезного в нем не было, это в твою тупую понийскую башку не приходило? Скольких ты там потерял? Троих?
Секонд Винг опустил голову.
- За катушки с плёнкой, камеру и проектор! - не унимался чейнджлинг. - Все проблемы из-за вас, которые норовят скакнуть выше головы! Которым не по вкусу статус кво! Эххх...
Чейнджлинг тяжко вздохнул, плюхнулся в кресло и вытянул из карманного тубуса сигару. Секонд Винг, не дожидаясь просьбы, услужливо поднёс зажигалку.
- Ладно. Во всём есть плюсы. - Втянув едкий дым, продолжил чейнджлинг. - Ты говоришь, пленных взял?
- Да, по документам, которые мы у них нашли, это оберфюрер королевской гвардии Алкипе и какой-то Джакс или Яхс. Он, судя по всему, гражданский.
- Хм, Яхс... - чейнджлинг обнажил зубы. - Вот правду говорят, что дуракам везёт, может, всё и к лучшему. Хорошо! - Он стряхнул пепел на пол. - Облаву королевской гвардии мы от вас отведём, а пленных отдадите нам. Хммм... - майор покрутил окурок в воздухе, - даю ящик патронов за Яхса и ящик консерв за гвардейку.
- Ящик консерв за целого оберфюрера? - попытался возмутиться пони.
- И то много! Он мне тут ещё условия ставит! - топнул копытом майор. - Она для тебя так и так бесполезна, пытать ее у тебя яйцеклада не хватит, а по-другому от нее информации не добьёшься. Обменять ее у Люсина не получится — он скорее пару деревень сожжёт и возьмёт заложников, чем пойдёт на переговоры с террористами. Понял? Крылатый ты комок недоразумений!
- А вам она зачем?
- Это уж наше дело... Хотя, что уж скрывать, боюсь, сбежит она от вас, и гвардию приведет. А нам этого не надо. Без нас вы давно бы уже на столбах висели, подёргивая копытцами, так что хоть бы спасибо сказали.
- Спасибо... - пробурчал Секонд Винг.